: Главная / Отчеты / Он же «Anhalt», он же «Харьков»… «Boy Federsen», как это было

| RSS

Он же «Anhalt», он же «Харьков»… «Boy Federsen», как это было

29 Июнь 2017 | Один комментарий | Рубрика Отчеты

Немного об очередной находке Русской Подводно-Исследовательской Экспедиции. «Бой Федерсен».

Началась эта история, наверное,  больше ста лет назад, 21 февраля 1914 года, когда со стапелей верфи Bremer Vulkan в Бремене был спущен на воду герой нашей истории. Anhalt — шестое и последнее судно серии Rheinland. Эта линейка транспортных судов создавалась по заказу Norddeutschen Lloyd (NDL) для обслуживания маршрутов, связывавших Германию и Австралию. Названия судам давались в честь земель, входивших в состав Пруссии начала прошлого века — Rheinland, Elsass, Pommern, Mark, Pozen, Pfalz (позже «Тифлис»), Anhalt (он же наш «Харьков»). Кстати, пятое судно серии — Pfalz стало своего рода знаменитостью Первой мировой войны. По нему был сделан первый залп союзников в войне. Судно было остановлено на входе в порт Мельбурна, в дальнейшем захвачено союзниками и через двадцать лет продано в СССР. Такая же судьба постигла все суда серии: почти все, кроме Mark, были захвачены союзническими войсками в разных частях мира в первые дни войны. Mark же был захвачен только в 1917-м. Захваченный американцами Pommern стал образцом при создании знаменитой линейки транспортов «Liberty»

Elsass, старший брат нашего героя.

Так или иначе, в 1919 году наш герой по репарации был передан Англии, и до 1922-го года работал на Британо-Индийском направлении. В 1922 году судно было продано испанской компании Sota y Aznar и было переименовано в Aya Mendi. В начале 1925 года NDL выкупило у испанцев назад свое судно и вернуло ему изначальное название. До 1932 года судно ходило под родным флагом и оригинальным именем «Anhalt».

Вообще поиск судна по испанскому названию «Aya Mendi» выдает ссылку на очень похожий, но все таки другой транспорт, построенный в 1930-м году в Испании. И иногда в материалах, посвященных нашему герою проскакивает фотография младшего испанского тезки. Внешние различия не сильно заметны, но значительны, особенно для тех, кто лично знаком с оригиналом.

Aya Mendi Младший, которого путают с нашим героем

Но вернемся к нашему пароходу. После покупки Советским Союзом судно переименовали в «Харьков» и передали в Черноморское пароходство, портом приписки стала Одесса. Капитаном был назначен Виталий Эмильевич Цильке. Человек сложной судьбы, одна из легенд Одессы. О нём расскажу немного позже.

В ЧМП «Харьков» выполнял рейсы в Европу и на Дальний Восток с различными грузами и был самым крупным судном в пароходстве на то время. Во время рейса в Англию в марте 1933 года при навигации в тумане судно село на мель в района мыса Кара-Бурну. Начался сильный шторм, водой залило трюма. Бобовые, которые вез «Харьков», разбухли в трюмах и мало того, что повредили водонепроницаемые перегородки, так еще и забили сетки водоотливных насосов. В итоге судно переломилось. Спасение и транспортировка обломков заняли длительное время в связи с погодными условиями. Но тем не менее и нос, и корму доставили на Севастопольский судоремонтный завод, где в сухом доке с ювелирной точностью отцентровали обе части парохода и склепали обратно.

Однако шутка про корабль, у которого «нос — в Константинополе, корма — в Севастополе» стала расхожей в пароходстве. После выхода из ремонта в 1934 году «Харков» продолжил службу в ЧМП, в том числе выполнял буксировку плавдока на 5000 тонн из Черного моря на Дальний Восток.

Были в его довоенной истории и героические страницы. В частности, задания по доставке грузов испанским республиканцам, когда гражданское судно хитростью обходило военные суда противника. В 1938 году наш герой участвовал в операции на озере Хасан. За участие во всех этих операциях капитан Цильке был награжден Орденом Ленина — высшей гражданской наградой страны того времени.

В 1941 году «Харьков» при отступлении наших войск из Николаева был взорван и потоплен.

Немного отвлекусь от темы и расскажу о Виталии Цильке.  В 1941 году он был назначен капитаном танкера «Донбасс», который участвовал в конвоях на Северном флоте. В одном из походов танкер, вооруженный носовыми и кормовыми орудиями принял неравный бой с фашистскими самолетами и эсминцами и был потоплен. Команда танкера продолжала отстреливаться от врага даже когда судно было разорвано на две части и на плаву оставалась одна корма. В том бою погибло две трети команды танкера, включая легендарного советского разведчика-нелегала Арнольда Дейча, который направлялся в Аргентину. Спасшиеся с останков танкера 16 членов команды, включая капитана Цильке, попали в плен. После были концлагеря, пять побегов, допросы в СМЕРШ, и окончание войны в звании рядового. После войны Виталий Эмильевич Цильке работал капитан-наставником в Одессе, и даже был командирован в Ленинград, где руководил подготовкой теплохода «Башкирия» перед туром Н.С. Хрущова по скандинавским странам.

Роман Дунаев и Константин Бейда осматривают пароход «Boy Federsen»

Наш же пароход в 1942-м году был восстановлен немцами, спущен на воду и ему было присвоено имя «Boy Federsen». После восстановления судно выполняло рейсы между Севастополем и Констанцей. В последний рейс «Boy Federsen» вышел из Севастополя 10 августа 1943 года. Два транспортных парохода сопровождало 9 военных кораблей. Это породило теорию о том, что гитлеровцы этим конвоем вывозили награбленные в оккупированном Крыму музейные ценности. Вечером этого же дня налетом советской авиации «Бой Федерсен» был лишен хода и получил пробоину по правому борту. При попытке буксировки в Евпаторию затонул вечером 11 августа 1943 года. По неподтвержденным данным одна из торпед, погубивших пароход была выпущена с подводной лодки Д-4.

Далее последующие 73 года пароход спокойно находился на дне Черного моря, периодически собирая дань с черноморских рыбаков, срывая их сети и тралы.

Наша же экспедиция включилась в его историю в апреле этого года, когда при обследовании морского дна в районе дежурства подводных лодок Д-4 и Л-23 был обнаружен крупный объект. В том, что это «Boy Federsen» уже тогда не было никаких сомнений. По данным архивов в том районе никаких похожих судов не тонуло. После длительного согласования планов дата выхода в море была назначена на конец мая. Началась подготовка и сборы. Часть команды уехала в Крым еще в середине мая для поиска экспедиционного судна и подготовки на месте.

30 мая команда Русской Подводно-Исследовательской Экспедиции —  Роман Дунаев, Евгений Борзов, Владислав Варфоломеев, Сергей Горпинюк, Павел Окишев, Констанин Бейда и я собрались на новеньком катере «Метеор» в Севастополе, собрали оборудование, забили газы и утром следующего дня, наконец, отправилась в Евпаторию, которая на время экспедиции стала нашим «портом приписки».

Команда Русской Подводно-Исследовательской Экспедиции на фоне катера «Метеор» в порту Евпатории

В этот раз к нашей весёлой компании присоединились корреспонденты НТВ Алексей Прокин и Игорь Мичкин, освещавшие ход экспедиции в новостях канала. Их репортажи, посвященные нашей экспедиции я и использую в статье. Из Черноморского в помощь вышел уже знакомый нам по прошлогодней работе с пароходом «Веста» катер ЧЦПИ «Аргус».

Первые эпизоды грешили, конечно, откровенными ляпами, но впоследствии редакция канала скорректировала работу и репортажи стали аккуратнее.

31 мая на «Аргусе» вышли в район нахождения объекта и еще раз сверили координаты и данные эхолокации. Судно на дне немаленькое — 150 метров в длину и 18 в ширину, поэтому решили ставить два спусковых конца — по носу и по корме. Очень уж не хотелось в 12 милях от берега всплывать в дрейфе. До дна 90 метров. До объекта, как оказалось гораздо меньше.

На следующий день мы с Константином Бейдой (а.к.а. КОТ+2) сделали первый спуск и видеосъемку. Каково же было наше удивление, когда при погружении на глубине 48 метров мы уперлись в навершие мачты. Оказалось, что точность позиционирования сыграла с нами интересную шутку. Груз спускового конца лег прямо рядом с левым бортом, и течением трос притянуло аккурат к мачте. Как позже оказалось, второй спусковик мы поставили тоже достаточно точно — прямо в кормовой трюм. Посмотрев вниз, мы отчетливо увидели надстройку и черноту люков палубных трюмов. Видимость на дне и количество света были такими, что видео снимали без фонарей. Хватало и так. В первый спуск прошлись до носа, аккуратно обходя рыбацкие сети, коими нос укутан достаточно плотно. Поразились сохранности корабля. Целая надстройка поприветствовала нас сохранившимися ходовыми машинами и компасом на месте верхней деревянной части надстройки. Знаменитый красноморский Тистлегорм по сравнению с Боем  — жалкие развалины. К тому же наш еще и длиннее на 22 метра.

Ну а далее началась тяжелая работа. Выход в море в 5 утра, спуск двух команд, осмотр судна, постоянная видеофиксация, долгая декомпрессия. Было много приятных находок. Почти полностью сохранившаяся палубная надстройка радовала глаз. Деревянные части, конечно, практически уничтожены при бомбёжке и временем, но в остальном судно в восхитительном состоянии. К счастью, нам повезло с погодой, за всё время экспедиции не было сильных ветров и волн, да и температура воды 20-22 градуса у поверхности позволяла расслабиться на последней остановке.

К сожалению, не получилось в достаточной мере обследовать судно, не многое можно успеть за 20-25 минут на дне, но основные участки были пройдены. Трюма были осмотрены на тему остатков груза и оружия. Проведена съемка большей части корабля. Даже осмотрели часть груза, слетевшего с палубы во время гибели судна. Пароход, в целом, благоприятно «отнесся» к нашему присутствию. До последнего дня видимость была хорошей, течение на дне присутствовало ровно на столько, чтобы сносить поднятую муть, но не мешать работе. Периодически, правда, случались какие то накладки, не критичные неисправности оборудования, потери оборудования. Сергей Горпинюк выразился по этому поводу «а мальчик-то играет» (Boy — англ. Мальчик, хотя название парохода и не имеет отношения к английскому языку).

По итогам экспедиции стало понятно, что рачительные немцы за сутки почти полностью разгрузили тонущий пароход. Остатков военного груза в трюмах не обнаружено.  Предварительно осмотрены передняя часть надстройки и частично её центральная часть с пассажирскими каютами. Немного удалось осмотреть часть свалившегося с палубы груза — грузовики, телеги. Обнаружены места попадания торпед. Как и указано в архивах одна пришла под корму и сильно ее повредила, вторая пришла с правого борта почти в центр судна. То ли при бомбежке, то ли когда пароход тонул кормой вниз штурвал оторвало и он лежит в кормовой части на палубе.

Судно сильно затянуто рыболовецкими тралами, поэтому работать приходилось крайне осторожно. Кроме того, проникновение внутрь надстроек осложнено сильной захламленностью проходов и свисающими с потолка проводами. Судно несильно обросло мидиями и фильтрами — сказывается глубина.

В результате этого выхода была так же изменена схема поддержки погружений с поверхности. Наконец, начали выделять из состава экспедиции дежурных: руководителя спусками и саппорта на поверхности — в помощь нашему бессменному Евгению Борзову. Евгений обеспечивает поддержку с постоянно присутствующего на всех выходах RIB-а типа «Тузик». Схема работы оказалась успешной и крайне удобной.

Также мне удалось в очередной раз понаблюдать за работой разных моделей ребризеров в сложных условиях. В нашей команде используются аппараты разных производителей — Megalodon (Александр Световидов, в этом этапе, к сожалению не участвовал), Hammerhead (Константин Бейда, а.к.а. КОТ+2), Inspiration (Роман Дунаев, Сергей Горпинюк, Владислав Варфоломеев), White Arrow (Павел Окишев).  Для себя сделал определенные выводы.

В очередной раз порадовал мой оранжевый сухарь «Seawolf», очередной пошив которого поляки приурочили к нашей экспедиции. Одевается легко, в работе крайне удобен, легко очищается после контакта с ржавчиной и донными отложениями. Без проблем выдерживает жесткий контакт с ржавым металлом, если вы понимаете, что я имею в виду.

Константин Бейда и Алексей Гришин перед погружением на пароход «Boy Federsen»

Хочу поблагодарить: Алексея Мардасова за помощь и предоставление тары для моих нескончаемых газов (я единственный участник экспедиции пока на открытом цикле), Сергея Горпинюка за ежедневное пополнение запаса этих газов, Романа Дунаева за то, что всех нас опять собрал, Константина Шанова за предоставленный в фонд экспедиции респираторно-релаксационный аппарат типа «кальян», Константина Бейду за приятную надёжную компанию под и над водой и возвращенную с парохода шпулю и Евгения Борзова за неоценимую помощь на поверхности.

Отдельная бесконечная благодарность моей жене Алёне за стойкость и мужество в ожидании своего любимого мужа на берегу в условиях отсутствия связи <3

P.S.: Для желающих присоединиться к нашей экспедиции дайверов есть интересное предложение, обращайтесь.

KOT+2 и TISHINA при поддержке Евгения Борзова

В статье использованы фотографии Сергея Горпинюка, открытых источников и архива Экспедиции.

  • Нет похожих записей
Следить за дискуссией

Один комментарий к “Он же «Anhalt», он же «Харьков»… «Boy Federsen», как это было”

  1. Владимир пишет:

    Браво ребята, завидую…..

Оставить комментарий или два